Живая кровь деревьев: как брать, не калеча
Анна ТИТОВА
Весной природа распахивает свои тайные кладовые. Деревья наполняются силой: по их жилам бегут живительные соки, а почки набухают в предвкушении первых листьев. В эти дни жители Кондинского района нередко отправляются в лес – за прозрачным и сладким берёзовым соком или за золотистой живицей – сосновой смолой. Сейчас деревья мобилизуют все силы для роста, и любое повреждение ствола может нарушить этот тонкий баланс. Лесничий Алексей Казаков, годами оберегающий леса района, с горечью замечает: часто сборщики используют варварские методы.
– Некоторые топорами делают несколько глубоких насечек, подвешивают трёхлитровые банки, а потом ничем дерево не «пломбируют». Открытые раны становятся воротами для грибков, бактерий, насекомых. Потеря сока ослабляет дерево, ветви начинают усыхать. А при сильных повреждениях берёза или сосна вовсе может погибнуть, – говорит старший отдела – участковый лесничий Кондинского территориального отдела лесничества Управления лесного хозяйства и особо охраняемых природных территорий департамента недропользования и природных ресурсов ХМАО – Югры Алексей Казаков.
Закон строго относится к таким нарушениям: за испорченное дерево виновного могут привлечь к административной ответственности (ст. 8.28 КоАП РФ). При этом Лесной кодекс России (ст. 11) разрешает гражданам свободно собирать берёзовый сок для собственных нужд – главное, делать это разумно и бережно.
– Граждане обязаны соблюдать правила пожарной и санитарной безопасности, правила лесовосстановления и ухода за лесами. Собирать берёзовый сок можно, но без вреда природе. А вот для промышленного сбора, в том числе живицы, уже нужны специальные правоустанавливающие документы, договор аренды лесного участка. Вообще, чтобы заниматься заготовлением живицы, нужны особые знания и опыт, – рассказывает заместитель начальника Кондинского отдела по контролю и надзору в сфере охраны окружающей среды, объектов животного мира и лесных отношений Службы по контролю и надзору в сфере охраны окружающей среды, объектов животного мира и лесных отношений ХМАО – Югры Ильдар Халиуллин. Живица – смола хвойных деревьев – издавна ценится за свои свойства. Из неё получают натуральные лекарственные средства, компоненты для канифоли, скипидара и других производственных нужд. Ещё несколько десятков лет назад в Кондинском районе подсочка леса была целым промыслом.
– На сборе и заготовке живицы работали около тысячи человек. Зимой делали окорку, убирая не больше одной трети коры, чтобы не повредить камбий. Весной уже наносили специальные надрезы – «усы», по ним смола стекала в воронки, а сборщики потом собирали её в вёдра и закатывали в двухсотлитровые бочки. Ежегодно заготавливали около трёх тысяч тонн. Но больше нормы с одного дерева не брали. Всё было продумано, как в живой системе. «Это равносильно как люди сдают кровь», —говорит Алексей Казаков.
Сегодня промышленный сбор живицы ушёл в прошлое, а берёзовый сок по-прежнему манит любителей лесных даров. Житель посёлка Междуреченского Иван Шестопалов уже пятый год собирает его по продуманной методике – бережно и экологично.
– Я выбираю взрослые деревья по диаметру ствола, 30 сантиметров вполне достаточно, – делится он секретом. – Отверстие делаю шуруповёртом на высоте 20-30 см от земли, получается аккуратная дырочка диаметром меньше сантиметра и глубиной не более трёх (без учёта коры). Сок стекает по деревянному желобку – металлические трубки рвут древесину. После сбора закрываю отверстие садовым варом или мхом. Нельзя делать несколько углублений, нельзя собирать сок с одного дерева несколько лет подряд, ему нужно время восстановиться. Каждое повреждённое дерево – это не просто рана на стволе. Это начало большой цепочки экологических разрушений. Но если действовать с умом, весна отдаст свои дары без потерь. Берёзовый сок останется прозрачным и сладким, сосна продолжит источать аромат смолы, а лес – дышать, расти и хранить свою древнюю мудрость.
